Чернышевский Николай Гаврилович
Чернышевский Николай Гаврилович
Николай Гаврилович Чернышевский (12 [24] июля 1828, Саратов — 17 [29] октября 1889, Саратов) — русский писатель, философ, революционер-демократ, учёный, литературный критик, публицист. Из 61 года своей жизни более 20 лет прожил в родном городе.
Николай Гаврилович Чернышевский родился 12(24) июля 1828 года и на другой день крещен в располагавшейся неподалеку от дома его родителей Сергиевской церкви. Отец его, Гаврила Иванович, был родом из села Чернышёва Чембарского уезда Пензенской губернии. Название села и послужило основой для фамилии Чернышевский. Женившись в 1818 году на старшей дочери саратовского священника Голубева, Гаврила Иванович наследовал его приход и стал священником Сергиевской церкви. Умный, тактичный, в высшей степени доброжелательный, Гаврила Иванович по праву занял в доме место главы семейства, приняв на себя заботы не только материальные, но и духовно-воспитательные. До наших дней сохранился в Саратове дом, построенный по проекту Г. И. Чернышевского, где с 1826 года жила семья Чернышевских. Сейчас в этом доме мемориальный музей писателя.
"Я родился в Саратове, - писал Чернышевский, – губернском городе на Волге, 12 июля 1828 г. До 14 лет я учился в отцовском доме"[1]. Благодаря отцу, ко времени поступления в семинарию в 1842 году юноша имел серьёзные познания в латыни, греческом языке, математике, истории, географии и других предметах по курсу духовного училища. В частном пансионе Чернышевский обучался французскому языку. Немец-колонист Греф давал ему уроки немецкого языка, позднее Чернышевский изучил древнееврейский, арабский, персидский, татарский языки.
Наряду с общим образованием, отец закладывал в сыне и основы нравственного воспитания. Кроме книг, в семье Чернышевских постоянно бытовали новые журналы. Отец выписывал популярные тогда "Отечественные записки", "Современник" и "Живописное обозрение". В "Отечественных записках" 40-х годов печатались статьи Белинского, Герцена (Искандера), являвшиеся для юноши той школой, которая формировала его общественное мировоззрение.
Большое общеобразовательное значение в семье Чернышевских имело "Живописное обозрение", издававшееся в 30-40 годах в Москве. Журнал давал представление о последних достижениях науки, знакомил с великими созданиями русского искусства, архитектурой и живописью разных эпох и народов. Выписывались в семье и газеты. Четырнадцатилетний Чернышевский делал многочисленные выписки из "Саратовских губернских ведомостей".
Посещал книжную лавку купца Вакурова на Московской улице. При лавке, которую Вакуров открыл в 1830 году, имелась специальная комната, служившая читальней.
В 1842 г. Чернышевский из духовного училища был переведен в духовную семинарию. Семинарист Чернышевский нередко бывал в общежитии семинарии (ныне областной музей краеведения). Особенно часто он навещал там своего друга по учебе Мишу Левицкого, фамилию которого впоследствии использовал в романе "Пролог".
Надеждам родителей и семинарского начальства на будущее "церковное светило" не суждено было сбыться. В 1845 году с их согласия Чернышевский подал прошение об увольнении из семинарии. На семейном совете решено было отправить Николая в далекий Петербург, так как университет считался лучшим "для службы". 18 мая 1846 года Н.Г. Чернышевский выехал в столицу.
С поступлением на историко-филологический факультет Петербургского университета начинается новый и очень важный период в жизни Н. Г. Чернышевского. В студенческие годы завершается сложный процесс формирования его мировоззрения. Но, живя в столице, Чернышевский не порывал связи с Саратовом. Известны его приезды в 1847 и в 1850 годах. После успешного окончания Петербургского университета Н. Г. Чернышевский 14 января 1851 года был направлен старшим учителем словесности в первую мужскую саратовскую гимназию с жалованьем 485 рублей 35 копеек в год.
Он поселился в мезонине отцовского дома. Спустя годы, в далекой Сибири Н. Г. Чернышевский написал повесть "Тихий голос". Виды из окон мезонина – Волга, Зеленый остров, гора Увек – целиком вошли в неё.
Приехал Чернышевский в родной город с высокими намерениями, содействуя развитию юношей, душа которых, как писал он своему товарищу по университету литератору, поэту и переводчику М. И. Михайлову, еще не умерла и не окоченела.
Саратовская гимназия считалась одним из лучших учебных заведений в Казанском учебном округе. Её выпускники пользовались правом поступления в Казанский университет без экзаменов, и, тем не менее, она произвела на молодого учителя удручающее впечатление. В письме от 28 мая 1851 года Чернышевский писал Михайлову: " Воспитанники в гимназии есть довольно развитые… Учителя - смех и грех, если смотреть с той точки зрения, с какой следует смотреть на людей, все-таки потершихся в университете, или позабыли все, кроме школьных своих тетрадок, или никогда и не имели понятий ни о чем"[2].
Мемуаристы рассказывают, что уроки Чернышевского проходили очень оживленно. На них обсуждались темы, связанные не только с историей и теорией литературы, но и с русской, а также всеобщей историей, причем от учеников требовались самостоятельные суждения по каждому вопросу. На его Чернышевского зазвучали страницы из произведений Гоголя, Салтыкова, Гончарова, Тургенева, Некрасова.
Обнаруженная в Казанском архиве "Программа риторики и теории прозы", автором которой явился Н. Г. Чернышевский, получила высокую оценку профессора Казанского университета К. Фойгта и была направлена в гимназии учебного округа.
Чернышевский воспитывал в своих юных слушателях идеалы добра, справедливости, гуманности, стремление к общественной деятельности, и, конечно, не случайно впоследствии многие его ученики стали видными деятелями общественного движения 60-х годов. Чернышевский высоко поставил преподавание родного языка и русской литературы. Молодой учитель не признавал таких воспитания учеников, как карцер и еженедельная порка. Он добился образцовой дисциплины своим гуманным отношением к ученикам. Влияние Чернышевского на учеников и учителей было велико. Ко времени вступления Чернышевского в должность и в последующие месяцы состав преподавателей почти наполовину обновился.
На фасаде бывшей гимназии установлена мемориальная доска со следующими словами: "Здесь в здании мужской гимназии в 1851-1853 годах преподавал словесность великий русский революционный демократ Николай Гаврилович Чернышевский".
В Саратов Чернышевский приехал с намерением задерживаться здесь не на долго, а свой приезд оправдал необходимостью готовить магистерскую диссертацию.
В дружеском окружении Николая Гавриловича тогда были историк Н. И. Костомаров, коллега по гимназии Е. А. Белов, поэтесса и собирательница фольклора А. Н. Пасхалова. В провинциальном Саратове пятидесятых годов они составляли кружок высокообразованных людей, увлеченных исторической и поэтической сторонами жизни народа, искренно работавших для просвещения и социальных улучшений. Николай Гаврилович, познакомившись с Пасхаловой, часто бывал у нее дома. Отдельные черты Пасхаловой, нашли некоторое отражение в образе Веры Павловны в романе "Что делать?"[3]. В другом романе – "Пролог" – Николай Гаврилович использовал записанную Пасхаловой на улицах Саратова песню "Ах, туманы, вы, мои туманушки", которую распевали бурлаки.
Бывал в гостях у семьи Александра Дмитриевича Горбунова. Этот дом были очень известны в Саратове. Сам Александр Дмитриевич считался "одним из интеллигентнейших и образованнейших чиновников" и был переводчиком поэмы А. Мицкевича "Конрад Валленрод".
29 апреля 1853 года он обвенчался со старшей дочерью саратовского врача Васильевой Ольгой Сократовной. 19 апреля скончалась мать Чернышевского Евгения Егоровна. После ее смерти у Н. Г. Чернышевского не было особых причин оставаться в Саратове.
…Уезжая из Саратова в Петербург, Чернышевский еще не знал, какое бурное десятилетие ожидает его впереди. Пройдет совсем мало времени, и его как талантливого публициста, авторитетного литературного критика, философа и социолога, глубокого экономиста, узнает вся Россия, и он станет идейным руководителем целого поколения людей, вошедших в историю общественной мысли под именем "шестидесятников".
Из Петербурга Чернышевский часто шлет письма в Саратов. В одном из них читаем: “...Как и всегда, как и каждый час, я буду мыслями в Саратове, которого, можно сказать, никогда не оставляли они — разве только в минуты сна без сновидений”[4].
Статьями Чернышевского зачитывается молодежь. С непримиримой решительностью Чернышевский обрушился на половинчатость проводимых правительством Александра II реформ. Подогреваемые демократической журналистикой забурлили политические страсти. Резкая критика действий правительства и царя сделала имя Чернышевского символом надвигавшейся революции. Захваченная полицией анонимная прокламация "Барским крестьянам от их доброжелателей поклон", где содержались призывы собирать силы для будущих выступлений, послужили поводом для ареста публициста. В июле 1862 года Чернышевский оказался в Петропавловской крепости.
В ожидании суда Николай Гаврилович вспоминал и делал записи о своем детстве, о родном городе: "Горы огибают Волгу полукругом, Саратов лежит в этом амфитеатре на предгорьи северной стороны; местность живописна. Соколова гора, - так называется та часть стены амфитеатра, к которой прилегает Саратов, — видна со всех улиц города. Она подходит полною своею высотою к самому берегу реки, — отвесным обрывом... Противоположный конец амфитеатра синеет далеко мысом, врезывающимся в Волгу... Амфитеатр гор прекрасен... Множество лощин, буераков, — и диких, и светлых, веселых, — иные из них прелестны... В очень многих лощинах и ущельях гор — сады; и по предгорью внутри амфитеатра много садов... Верстах в 3-4 от берега Соколова гора спускается в глубину амфитеатра довольно отлого, весенняя вода с северного края амфитеатра, нашедши небольшой перегиб в отлогости спуска, обратила его в глубокий овраг... Вдоль оврага подъем от берега в глубину амфитеатра ровный, пологий; но дальше к югу предгорье падает к берегу террасою; между террасою и берегом весенней воды идет полоса с полверсты шириною. Эта прибрежная полоса, крутой спуск террасы, вся терраса заняты городом; еще дальше вниз по Волге, к югу, терраса опять незаметно переходит в дно амфитеатра, — зато само дно поднимается довольно высоким берегом, — и это все застроено, отчасти уж на моих глазах; еще дальше начинаются поемные луга, с небольшими озерами или большими плоскими блюдечками воды, остающимися от разлива"[5]. Эти описания до сих пор остаются одними из самых поэтичных.
В тюремной камере Чернышевский написал выдающийся роман "Что делать?". В 1864 году Чернышевский был осужден на бессрочную ссылку с лишением всех прав и имущества, затем подвергнут публичному оскорблению — "гражданской казни".
Почти двадцать лет провел Николай Гаврилович в сибирской ссылке. Письма от него к родным поступали нечасто. Они были адресованы жене, сыновьям Саше и Мише, двоюродному брату Александру Пыпину. В этих длинных, наполненных сибирским одиночеством письмах, содержится множество неспешных строк-воспоминаний о родном городе и дорогих его памяти людях.
Только в августе 1883 года Чернышевскому разрешили переехать в Европейскую Россию - поначалу в Астрахань. В этот период времени Николай Гаврилович занимался переводом с немецкого языка многотомной "Всеобщей истории" Г. Вебера.
27 июня 1889 года после долгой разлуки Чернышевский вернулся в родной город. Дом Чернышевских в это время сдавался в аренду, и Ольга Сократовна решила снять квартиру в небольшом двухэтажном домике почтового чиновника А. М. Никольского напротив городского сада Липки. Николай Гаврилович был доволен ее выбором: здесь его не беспокоил уличный шум и он мог заниматься литературной деятельностью. Николай Гаврилович вел такую же замкнутую жизнь. Он жил только своими книгами, просиживал над переводом многотомной "Всеобщей истории", "Материалами для биографии Добролюбова" и другими работами.
Н. Г. Чернышевский прожил в Саратове только четыре месяца. На его здоровье не могли не сказаться резкая перемена климата и напряженная работа. Уже в августе 1889 года появляются первые признаки болезни.
В сентябре 1889 года Николай Гаврилович Чернышевский ощутил упадок сил, стал жаловаться на головные боли, принимал хину для предупреждения лихорадки, которой заболел еще в Астрахани. 14 октября произошел роковой приступ болезни, а 17 (29) октября 1889 года он скончался.
Хотя о смерти Чернышевского было запрещено сообщать, весть эта разнеслась по России. Семья покойного получила множество телеграмм и писем с выражением соболезнования об утрате.
Н. Г. Чернышевский похоронен на городском Воскресенском кладбище г. Саратова. Автором памятника-часовни, сооруженной над его могилой, был его родственник, муж племянницы, Ф. Г. Беренштам.
В 1939 году на его могиле был установлен другой памятник, памятник-арка. Внутри арки на белой плите выбиты слова: "Я хорошо служил своей Родине и имею право на признательность ее". А тот, первоначальный, стоит теперь в усадьбе, ставшей мемориальным музеем.
В 1953 году, к 125-летней годовщине со дня рождения Чернышевского, на площади его имени был открыт памятник, созданный известным скульптором А.П. Кибальниковым.
[1] Чернышевский, Н. Г. Полное собрание сочинений: в 15 т. / Н. Г. Чернышевский. - Москва: Гослитиздат. Т. 12 / подгот. текста Алексеева Н. А., Скафтымова А. П. - Москва : Гослитиздат, 1949. - С. 134.
[2] Чернышевский Н. Г. Полное собрание сочинений: В 15 т. - М.: Гос. изд-во худож. лит., 1950. - Т. 15. - С. 218.
[3] Малинин Г. А. Памятники и памятные места Саратовской области / Г. А. Малинин. - 2-е изд., испр. и доп. - Саратов : Приволж. кн. изд-во, 1971. - С. 22
[4] Чернышевский Н. Г. Полное собрание сочинений: В 15 т. - М.: Гос. изд-во худож. лит., 1950. - Т. 15. - С. 305.
[5] Демченко А. Грустный и благородный образ / А. Демченко // Памятники Отечества: сердце Поволжья. Иллюстрированный альманах. Выпуск 39 (1-2/1998) / ред.: С. Н. Разгонов, Т. А. Князева, А. М. Тарунов. - Москва : Б. и., 1998. - С. 80